wpthemepostegraund

Солженицын А.И.-Один день Ивана Денисовича

_____Понемножку еще из дверей тянутся, сзади Шухова уже пятерки две-три. Теперь кто вышел, этих зло разбирает: чего те гады жмутся в коридоре, не выходят. Мерзни за них.
_____Никто из зэков никогда в глаза часов не видит, да и к чему они, часы? Зэку только надо знать – скоро ли подъем? До развода сколько? до обеда? до отбоя?
_____Все ж говорят, что проверка вечерняя бывает в девять. Только не кончается она в девять никогда, шурудят проверку по второму да по третьему разу. Раньше десяти не уснешь. А в пять часов, толкуют, подъем. Дива и нет, что молдаван нынче перед съемом заснул. Где зэк угреется, там и спит сразу. За неделю наберется этого сна недоспанного, так если в воскресенье не прокатят – спят вповалку бараками целыми.
_____Эх, да и повалили ж! повалили зэки с крыльца! – это старший барака с надзирателем их в зады шугают! Так их, зверей!
_____– Что? – кричат им первые ряды. – Комбинируете, гады? На дерьме сметану собираете? Давно бы вышли – давно бы посчитали.
_____Выперли весь барак наружу. Четыреста человек в бараке – это восемьдесят пятерок. Выстроились все в хвост, сперва по пять строго, а там – шалманом.
_____– Разберись там, сзади! – старший барака орет со ступенек.
_____Хуб хрен, не разбираются, черти!
_____Вышел из дверей Цезарь, жмется – с понтом больной, за ним дневальных двое с той половины барака, двое с этой и еще хромой один. В первую пятерку они и стали, так что Шухов в третьей оказался. А Цезаря в хвост угнали.
_____И надзиратель вышел на крыльцо.
_____– Раз-зберись по пять! – хвосту кричит, глотка у него здоровая.
_____– Раз-зберись по пять! – старший барака орет, глотка еще здоровше.
_____Не разбираются, хуб хрен.
_____Сорвался старший барака с крыльца, да туда, да матом, да в спины!
_____Но – смотрит: кого. Только смирных лупцует.
_____Разобрались. Вернулся. И вместе с надзирателем:
_____– Первая! Вторая! Третья!…
_____Какую назовут пятерку – со всех ног, и в барак. На сегодня с начальничком рассчитались!
_____Рассчитались бы, если без второй проверки. Дармоеды эти, лбы широкие, хуже любого пастуха считают: тот и неграмотен, а стадо гонит, на ходу знает, все ли телята. А этих и натаскивают, да без толку.
_____Прошлую зиму в этом лагере сушилок вовсе не было, обувь на ночь у всех в бараке оставалась – так вторую, и третью, и четвертую проверку на улицу выгоняли. Уж не одевались, а так, в одеяла укутанные выходили. С этого года сушилки построили, не на всех, но через два дня на третий каждой бригаде выпадает валенки сушить. Так теперь вторые разы стали считать в бараках: из одной половины в другую перегоняют.
_____Шухов вбежал хоть и не первый, но с первого глаз не спуская. Добежал до Цезаревой койки, сел. Сорвал с себя валенки, взлез на вагонку близ печки и оттуда валенки свои на печку уставил. Тут – кто раньше займет. И – назад, к Цезаревой койке. Сидит, ноги поджав, одним глазом смотрит, чтобы Цезарев мешок из-под изголовья не дернули, другим, – чтоб валенки его не спихнули, кто печку штурмует.
_____– Эй! – крикнуть пришлось, – ты! рыжий! А валенком в рожу если? Свои ставь, чужих не трог!
_____Сыпят, сыпят в барак зэки. В 20-й бригаде кричат:
_____– Сдавай валенки!
_____Сейчас их с валенками из барака выпустят, барак запрут. А потом бегать будут:
_____– Гражданин начальник! Пустите в барак!
_____А надзиратели сойдутся в штабном – и по дощечкам своим бухгалтерию сводить, убежал ли кто или все на месте.
_____Ну, Шухову сегодня до этого дела нет. Вот и Цезарь к себе меж вагонками ныряет.
_____– Спасибо, Иван Денисыч!
_____Шухов кивнул и, как белка, быстро залез наверх. Можно двухсотграммовку доедать, можно вторую папиросу курнуть, можно и спать.
_____Только от хорошего дня развеселился Шухов, даже и спать вроде не хочется.
_____Стелиться Шухову дело простое: одеяльце черноватенькое с матраса содрать, лечь на матрас (на простыне Шухов не спал, должно, с сорок первого года, как из дому; ему чудно даже, зачем бабы простынями занимаются, стирка лишняя), голову – на подушку стружчатую, ноги – в телогрейку, сверх одеяла – бушлат; и: слава тебе, Господи, еще один день прошел!
_____Спасибо, что не в карцере спать, здесь-то еще можно.
_____Шухов лег головой к окну, а Алешка на той же вагонке, через ребро доски от Шухова, – обратно головой, чтоб ему от лампочки свет доходил. Евангелие опять читает.
_____Лампочка от них не так далеко, можно читать и шить даже можно.
_____Услышал Алешка, как Шухов вслух Бога похвалил, и обернулся.
_____– Ведь вот, Иван Денисович, душа-то ваша просится Богу молиться. Почему ж вы ей воли не даете, а?
_____Покосился Шухов на Алешку. Глаза, как свечки две, теплятся. Вздохнул.
_____– Потому, Алешка, что молитвы те, как заявления, или не доходят, или «в жалобе отказать».
_____Перед штабным бараком есть такие ящичка четыре, опечатанные, раз в месяц их уполномоченный опоражнивает. Многие в те ящички заявления кидают. Ждут, время считают: вот через два месяца, вот через месяц ответ придет.
_____А его нету. Или: «отказать».
_____– Вот потому, Иван Денисыч, что молились вы мало, плохо, без усердия, вот потому и не сбылось по молитвам вашим. Молитва должна быть неотступна! И если будете веру иметь, и скажете этой горе – перейди! – перейдет.
_____Усмехнулся Шухов и еще одну папиросу свернул. Прикурил у эстонца.
_____– Брось ты, Алешка, трепаться. Не видал я, чтобы горы ходили. Ну, признаться, и гор-то самих я не видал. А вы вот на Кавказе всем своим баптистским клубом молились – хоть одна перешла?
_____Тоже горюны: Богу молились, кому они мешали? Всем вкруговую по двадцать пять сунули. Потому пора теперь такая: двадцать пять, одна мерка.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.


Thanks: МГУДТ